Можно было бы написать, что никаких сенсаций она не принесла - договориться до чего бы то ни было обязывающего в сфере регулирования банковских бонусов, благодаря стараниям Голландии, не получилось. И все же сенсация была, причем возникла она за несколько дней до саммита - когда Обама в интервью CNN начал рассказывать о своем видении посткризисного мира...
"Мы не можем вернуться в эпоху, когда Китай, Германия и другие страны просто продавали нам свои товары, нам приходится иметь дело со множеством проблем - от задолженностей по кредитным картам до долгов по ипотечным кредитам, но мы пока ничего им не продаем" - значение этого признания переоценить сложно.
Если до последнего времени казалось, что основная цель США - реанимировать существовавшую до кризиса систему, сейчас очевидно, что это не так.
По сути, Обама сам принял на вооружение аргументацию критиков системы, сложившейся в мировой экономике, где США, благодаря монополии доллара в качестве мировой резервной валюты, могли позволить себе хронический торговый и бюджетный дефициты, которые покрывались притоком инвестиций в государственные облигации и на американский фондовый рынок. Обама покусился на систему, которая действительно строилась десятилетиями.
Главный вопрос - каким образом собирается действовать президент США. Очевидно, что способов сбалансировать американскую внешнюю торговлю и начать постепенно снижать отрицательное сальдо есть два: защита внутреннего рынка при помощи разного рода протекционистских мер, а также отказ от политики сильного доллара.
Одним из источников бурного роста китайской экономики последних лет стала целенаправленная политика слабого юаня, которая и привела к накоплению 2 триллионов долларов в резервах Народного банка Китая. То же самое можно сказать и о Японии, да и о России. Но если борьба за американский рынок не имеет смысла, то и ослаблять свою валюту к американскому доллару тоже смысла никакого нет.
Однако демонтаж этой системы приведет к тому, что США лишатся источника покрытия бюджетного дефицита. Если центробанки перестанут скупать доллары и покупать на них казначейские облигации, этот рынок может рухнуть. Очевидно, что резкая смена сложившейся практики чревата потрясениями.
При этом цену "джентльменским соглашениям", направленным на сохранение стабильности мировой экономики, можно наблюдать на примере достигнутых ранее договоренностей не прибегать к протекционизму в международной торговле.
Похоже, наступает очень опасный момент, чреватый серьезными портясениями. Будет большой удачей, если угрозы так и останутся нереализованными рисками.
"Мы не можем вернуться в эпоху, когда Китай, Германия и другие страны просто продавали нам свои товары, нам приходится иметь дело со множеством проблем - от задолженностей по кредитным картам до долгов по ипотечным кредитам, но мы пока ничего им не продаем" - значение этого признания переоценить сложно.
Если до последнего времени казалось, что основная цель США - реанимировать существовавшую до кризиса систему, сейчас очевидно, что это не так.
По сути, Обама сам принял на вооружение аргументацию критиков системы, сложившейся в мировой экономике, где США, благодаря монополии доллара в качестве мировой резервной валюты, могли позволить себе хронический торговый и бюджетный дефициты, которые покрывались притоком инвестиций в государственные облигации и на американский фондовый рынок. Обама покусился на систему, которая действительно строилась десятилетиями.
Главный вопрос - каким образом собирается действовать президент США. Очевидно, что способов сбалансировать американскую внешнюю торговлю и начать постепенно снижать отрицательное сальдо есть два: защита внутреннего рынка при помощи разного рода протекционистских мер, а также отказ от политики сильного доллара.
Одним из источников бурного роста китайской экономики последних лет стала целенаправленная политика слабого юаня, которая и привела к накоплению 2 триллионов долларов в резервах Народного банка Китая. То же самое можно сказать и о Японии, да и о России. Но если борьба за американский рынок не имеет смысла, то и ослаблять свою валюту к американскому доллару тоже смысла никакого нет.
Однако демонтаж этой системы приведет к тому, что США лишатся источника покрытия бюджетного дефицита. Если центробанки перестанут скупать доллары и покупать на них казначейские облигации, этот рынок может рухнуть. Очевидно, что резкая смена сложившейся практики чревата потрясениями.
При этом цену "джентльменским соглашениям", направленным на сохранение стабильности мировой экономики, можно наблюдать на примере достигнутых ранее договоренностей не прибегать к протекционизму в международной торговле.
Похоже, наступает очень опасный момент, чреватый серьезными портясениями. Будет большой удачей, если угрозы так и останутся нереализованными рисками.

